Аналитика

Следуйте за нами

Обзор решений Верховного Суда РФ по вопросам банкротства за июнь - август 2019 г.

08.10.2019

Содержание

ФБК Legal подготовила Обзор решений Верховного Суда РФ по вопросам банкротства за июнь - август 2019 г.
Содержание:

I. Банкротство физических лиц

1. Основания для применения правил об освобождении должника от обязательств

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее за собой отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений либо предоставления заведомо недостоверной информации.
(Определение ВС РФ от 3 июня 2019 г. № 305-ЭС18-26429)
Обстоятельства дела:
В рамках банкротства физического лица финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.
Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, процедура реализации имущества завершена без применения правил об освобождении должника от обязательств.
Суды пришли к выводу, что недобросовестное поведение должника, выразившееся в последовательном наращивании задолженности перед кредиторами, а также отказ должника от заключения мирового соглашения являются основаниями для отказа в применении правил об освобождении должника от исполнения обязательств.
Не соглашаясь с обжалуемыми судебными актами, должник указывает, что анализ его финансового состояния признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего ему имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему суды также не установили.
Кроме того, как отмечает заявитель, суды не оценили его довод, что при получении кредитов он предоставлял банкам полные и достоверные сведения о своем финансовом состоянии, имел стабильный и достаточный для своевременного возврата кредитных средств доход, осуществлял платежи в срок. Прекращение расчетов с кредиторами за три месяца до возбуждения дела о банкротстве вызвано объективными причинами — снижением оклада более чем на 30%.
Решение Суда
Верховный Суд РФ отменил судебные акты нижестоящих судов и отправил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
По мнению Суда, последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее за собой отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.
Отказ должника от заключения мирового соглашения на предложенных в нем условиях не может расцениваться как злоупотребление правом, учитывая, что оставшаяся после предусмотренного соглашением ежемесячного платежа за счет текущего дохода должника сумма меньше установленной в рамках дела о банкротстве судом суммы для достойного проживания должника и его семьи.

2. Реализация единственного пригодного для постоянного проживания помещения в делах о банкротстве физических лиц

Если залоговые требования были включены «за реестр» в связи с пропуском срока, определенного Законом о банкротстве, и суд отказал в восстановлении пропущенного срока, предмет залога — квартира (единственное жилье) должна была считаться не вошедшей в конкурсную массу
(Определение ВС РФ от 13 июня 2019 г. по делу № 307-ЭС19-358)
Обстоятельства дела:
Финансовый управляющий имуществом должника обратился в суд с заявлением об утверждении положения о продаже имущества, находящегося в залоге (квартиры). Также суд принял к рассмотрению требование должника об исключении из конкурсной массы этой квартиры.
В удовлетворении ходатайства об исключении квартиры из конкурсной массы отказано, утверждено положение о продаже. Должник не согласился с решением суда.
Должник ссылался на то, что квартира является единственным пригодным для проживания помещением. Суды указали, что даже будучи единственным жильем, квартира не может быть исключена из конкурсной массы должника и, следовательно, подлежит реализации в деле о его банкротстве.
Решение Суда
Верховный Суд РФ не согласился с позицией нижестоящих судов.
В Постановлении Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 48 указано следующее: если кредитор по требованию, обеспеченному залогом единственного пригодного для постоянного проживания должника и членов его семьи жилого помещения, не предъявил это требование должнику в рамках дела о банкротстве либо обратился за установлением статуса залогового кредитора с пропуском срока, определенного Законом о банкротстве, и суд отказал в восстановлении пропущенного срока, такой кредитор не вправе рассчитывать на удовлетворение своего требования за счет предмета залога, в том числе посредством обращения взыскания на данное имущество вне рамок дела о банкротстве.
В этом случае жилое помещение считается не вошедшим в конкурсную массу, право залога на него прекращается после завершения процедуры реализации имущества при условии освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств.
В данном деле залоговые требования были включены «за реестр» в связи с пропуском срока, определенного Законом о банкротстве, и суд отказал в восстановлении пропущенного срока, в связи с чем спорная квартира (если она обладает признаками единственного пригодного для постоянного проживания помещения) должна была считаться не вошедшей в конкурсную массу.
Определение суда первой инстанции было отменено.

3. Подсудность в делах о банкротстве граждан

Дело может быть передано по подсудности в другой суд, если будет доказано, что место регистрации гражданина не совпадает с местом его фактического проживания.
(Определение ВС РФ от 25 июля 2019 г. № 306-ЭС19-3574)
Обстоятельства дела:
На дату подачи заявления о банкротстве гражданин был зарегистрирован по месту жительства в Волгоградской области. До этой даты должник проживал и был зарегистрирован в Москве.
Возражая против рассмотрения дела о банкротстве гражданина в Арбитражном суде Волгоградской области, банк как один из кредиторов указал на нарушение правил подсудности. Банк ссылался на обстоятельства, подтверждавшие, по его мнению, преднамеренное и фиктивное изменение регистрации должника по месту жительства на Волгоградскую область в преддверии возбуждения дела о его банкротстве.
Банк полагал, что регистрация оформлена фиктивно, так как гражданин в Волгоградской области фактически не проживает, а названные им причины переезда не убедительны, не логичны и не подтверждаются доказательствами.
Решение Суда
Верховный Суд РФ указал, что презумпция проживания по месту регистрации может быть опровергнута, если заинтересованное лицо (например, кредитор) докажет, что содержащаяся в документах регистрационного учета информация не отражает сведения о настоящем месте жительства должника. В целях выяснения соответствующих обстоятельств во внимание в первую очередь могут приниматься факты, свидетельствующие о необычном характере поведения должника при смене регистрационного учета в период инициирования дела о несостоятельности.
Цель закона, установившего подсудность дела о банкротстве гражданина по месту его жительства, — создание благоприятных условий как для должника-банкрота, так и для его кредиторов для быстрого и правильного разрешения дела, поскольку в этом регионе, как правило, сосредоточены экономические интересы указанных лиц. Здесь же находится имущество должника или его значительная часть; открыты банковские счета; расположены управленческие подразделения кредиторов — юридических лиц. Следовательно, разрешение спорных вопросов по месту сосредоточения должника и его кредиторов отвечало бы общим интересам и оптимизировало бы финансовые и организационные издержки участников дела о банкротстве на судебные процедуры, которые могут быть достаточно ощутимыми.
Кроме того, Суд указал, что в целях проверки достоверности сведений о месте жительства гражданина, указанных в заявлении о признании должника банкротом, арбитражный суд вправе не ограничиваться запросом данных о его месте жительства в органах регистрационного учета.
Если действительное место жительства должника не соответствует данным регистрационного учета и имеются основания полагать о манипулировании подсудностью, то в силу ст. 10 ГК РФ арбитражный суд должен отказать в защите права на рассмотрение дела о банкротстве по месту регистрации должника и применить к недобросовестной стороне нормы, которая она пыталась обойти. Дело о банкротстве такого должника подлежит рассмотрению арбитражным судом по действительному месту жительства гражданина в Российской Федерации.
Банк доказал, что гражданин фактически по месту регистрации не проживает. Ввиду неподсудности дела Арбитражному суду Волгоградской области, выявленной при рассмотрении дела в суде, дело передано на рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

II. Обеспечение в банкротстве

1. Прекращение обеспечительных обязательств при банкротстве

Залог прекращается в связи с истечением срока его действия через год после признания основного должника банкротом.
(Определение ВС РФ от 13 июня 2019 г. по делу № 304-ЭС18-26241)
Обстоятельства дела:
Банк и индивидуальный предприниматель А.Н. Гамаюнова заключили кредитный договор. Компания (ООО «Компания Олга») выдала поручительство, а также предоставила в залог автомобиль и нежилое помещение. Гамаюнова признана банкротом, требования банка включены в третью очередь реестра.
Компания также была признана банкротом, введена процедура конкурсного производства. Требования банка включены в реестр требований кредиторов компании как поручителя за Гамаюнову, а также признаны обеспеченными залогом нежилого помещения. Требования банка не были признаны обеспеченными залогом автомобиля, поскольку предмет залога был отчужден компанией по договору купли-продажи в пользу Козловой, которая впоследствии продала автомобиль Халиману (заявителю по делу).
Банк обратился в суд с исковым заявлением к Халиману, требуя обращения взыскания на автомобиль. Требования банка были удовлетворены, вышестоящие суды поддержали суд первой инстанции.
Решение Суда
Верховный Суд РФ не согласился с такой позицией. Как завершение ликвидации основного должника — юридического лица, так и освобождение от обязательств должника-гражданина должны опосредовать схожие правовые последствия в отношении сохранения обеспечительных требований.
Когда залогодателем является третье лицо, к отношениям между залогодателем, должником и залогодержателем применяются правила о поручительстве.
Если кредитор предъявил требование к поручителю или залогодателю — третьему лицу до того, как основной должник освобожден от долгов (гражданин) или ликвидирован (юридическое лицо), обеспечительное обязательство не прекращается и кредитор вправе реализовать свои права, вытекающие из обеспечения. И напротив, если кредитор не предъявил свои требования до названного момента, поручительство или залог прекращается в связи с прекращением обеспеченного им обязательства.
Самостоятельным основанием прекращения поручительства является истечение срока его действия, поручительство прекращается по истечении указанного в договоре поручительства срока, на который оно дано. Если такой срок не установлен, оно прекращается при условии, что кредитор в течение года со дня наступления срока исполнения обеспеченного поручительством обязательства не предъявит иск к поручителю. К залогу, выданному третьим лицом, применяются правила о поручительстве.
Поскольку иск был предъявлен более чем через год после признания основного должника банкротом, залог в отношении спорного автомобиля прекратился и по мотиву истечения срока его действия.
У судов не было оснований для удовлетворения требований банка об обращении взыскания на заложенное имущество. Решение суда первой инстанции отменено.

2. Удержание в делах о банкротстве

Удержание предоставляет ретентору такие же права, как и залогодержателю при банкротстве
(Определение ВС РФ от 27 июня 2019 г. № 301-ЭС19-2351)
Обстоятельства дела:
Общество и должник заключили договор на капитальный ремонт автомотрисы. Должник передал обществу автомотрису на ремонт. Работы были выполнены в срок, приняты должником, однако полностью оплачены не были. В связи с этим общество воспользовалось правом на удержание автомотрисы, о чем уведомило должника.
В отношении должника была введена процедура наблюдения. Требования общества включены в реестр требований кредиторов должника. Общество также обратилось в суд с иском об обращении взыскания на предмет удержания. В удовлетворении требований было отказано.
Должник обратился в суд с иском к обществу об истребовании из чужого незаконного владения автомотрисы. В удовлетворении требований отказано.
Решение Суда
Верховный Суд РФ указал, что с экономической точки зрения смысл удержания как способа обеспечения исполнения обязательства заключается в том, что отстранение собственника от владения вещью должно побудить его к наиболее оперативному погашению долга перед кредитором в целях возврата имущества. Это обусловлено тем, что в период, пока вещь удерживается, отсутствует возможность пользования ею, извлечения из нее доходов и выгоды.
Если становится очевидно, что цель склонить должника к скорейшим расчетам не может быть достигнута (например, должник не проявляет интерес к возврату имущества), действующему добросовестно ретентору в разумный срок следует обратить взыскание на имущество в порядке, предусмотренном для удовлетворения требований, обеспеченных залогом (ст. 360 ГК РФ). Таким образом, при нормальном обороте удержание не может длиться бессрочно, оно должно быть ограничено разумно достаточным периодом для реализации кредитором своих прав.
Поскольку удержание по своей правовой конструкции имеет общие черты с залогом, предполагающим передачу владения залогодержателю, рентор (кредитор в деле о банкротстве), владеющий заложенным (удерживаемым) имуществом, обязан передать это имущество в конкурсную массу должника в процедуре, предполагающей обращение взыскания. Кроме того, удержание дает ретентору залоговый приоритет при банкротстве должника.
Верховный Суд РФ отправил дело на новое рассмотрение.

III. Статус арбитражного управляющего и вопросы, обусловленные его деятельностью в рамках процедур банкротства

1. Передача бывшим руководителем должника документов и материальных ценностей конкурсному управляющему

При изъятии документации должника правоохранительными органами исполнение руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему объективно невозможно. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении обязанности по передаче документов в натуре.
(Определение ВС РФ от 22 июля 2019 г. № 306-ЭС19-2986)
Обстоятельства дела:
В рамках дела о банкротстве ООО «Новая нефтехимия» его конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об обязании бывшего руководителя общества передать управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, а также материальные и иные ценности. Определением суда на конкурсного управляющего была возложена обязанность по передаче документов и ценностей.
Суды приняли во внимание передачу бывшим руководителем конкурсному управляющему части документов должника. Суды отклонили возражения бывшего руководителя об отсутствии у него других документов ввиду их изъятия правоохранительными органами со ссылкой на то, что из протокола выемки невозможно установить точный перечень изъятых документов (должностное лицо, составившее протокол, некорректно описало изъятую документацию).
Решение Суда
Суд подчеркнул, что на заявление арбитражного управляющего об обязании передать документацию распространяются общие требования процессуального законодательства, предъявляемые к форме и содержанию иска. Так, при обращении в суд с заявлением конкурсный управляющий должен сформулировать предмет своего требования, конкретизировав перечень и виды запрашиваемых документов.
Вывод суда округа о конкретизации перечня документов, подлежащих передаче, на стадии исполнительного производства ошибочен.
Судебный пристав-исполнитель ответственен лишь за принудительное исполнение судебного решения. Получив для исполнения исполнительный лист об обязании одного лица передать документы другому лицу, пристав должен истребовать ту документацию, которая была присуждена.
При изъятии документации должника правоохранительными органами возникает объективная невозможность исполнения руководителем обязанности по ее передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им данной обязанности в натуре.

2. Обжалование действий конкурсного управляющего

Арбитражный управляющий должен распределять денежные средства между кредиторами, соблюдая принципы очередности и пропорциональности. При поступлении денежных средств он должен погашать требования как залоговых, так и незалоговых кредиторов (если их требование очевидно не будет погашено за счет средств, вырученных после реализации предмета залога).
(Определение ВС РФ от 11 июля 2019 г. № 310-ЭС18-17700(2))
Обстоятельства дела:
В рамках дела о банкротстве должника банк обратился с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего, выразившиеся в преимущественном погашении требований отдельного кредитора — ООО «Мурметалл» — перед иными кредиторами должника. В удовлетворении жалобы на действия управляющего отказано.
Заявитель указывал, что он является кредитором третьей очереди с требованием в размере 635 млн руб., обеспеченным залогом имущества должника.
В конкурсную массу поступили денежные средства в сумме 40,25 млн руб., которые распределены управляющим только между незалоговыми кредиторами, в частности, в пользу общества «Мурметалл» было перечислено 30,4 млн руб.
Решение Суда
Если до реализации залогового имущества имеются основания полагать, что стоимости такого имущества будет недостаточно для покрытия требования залогового кредитора, арбитражный управляющий имеет реальную возможность заранее осознать (должен знать), что появится необходимость направить денежные средства, не связанные с продажей предмета залога, на удовлетворение требований залогодержателя.
Предполагается, что цена имущества на торгах определяется исходя из объективно действующих рыночных законов, на основе спроса и предложения, в силу чего не может быть спрогнозирована с высокой степенью точности. Поэтому указывая на предположительный характер доводов банка о недостаточности стоимости заложенного имущества для удовлетворения его требований, суды не учли, что их вывод об обратном также основан на предположении.
Решающее значение при выяснении вопроса, действовал ли управляющий добросовестно, имеет степень убедительности того или иного предположения, то есть имелись ли у управляющего разумные основания предполагать, что залогового имущества достаточно либо недостаточно для погашения требований залогового кредитора.
Погасив после поступления в массу средств, не связанных с продажей предмета залога, требования кредиторов третьей очереди, за исключением банка, арбитражный управляющий фактически нарушил принципы очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов, что указывает на правомерность предъявленной банком жалобы.

3. Вознаграждение арбитражного управляющего

Отсутствие в мировом соглашении условия о выплате процентного вознаграждения временного управляющего не может быть основанием для полного отказа арбитражному управляющему в удовлетворении его требований.
(Определение ВС РФ от 15 августа 2019 г. по делу № 301-ЭС19-6143)
Обстоятельства дела:
Арбитражный управляющий направил в арбитражный суд заявление об определении процентов по вознаграждению временного управляющего, настаивая на сумме 300 205 руб., исчисленной по правилам п. 10 ст. 20.6 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на дату его утверждения временным управляющим.
Арбитражный управляющий исходил из того, что на последнюю отчетную дату, предшествовавшую дате введения наблюдения в отношении должника, по данным бухгалтерской отчетности стоимость активов общества составляла 83 835 000 руб., следовательно, вознаграждение должно составлять 80 000 руб. и 0,3% суммы превышения балансовой стоимости активов должника над 10 млн руб. Суд отказал в удовлетворении заявления арбитражного управляющего.
Арбитражный суд прекратил производство по делу о банкротстве должника в связи с утверждением мирового соглашения между должником и его конкурсными кредиторами. Размер процентов по вознаграждению временного управляющего за процедуру наблюдения в мировом соглашении не был определен.
Суды исходили из того, что проценты могут быть выплачены, если они предусмотрены условиями мирового соглашения, чего в данном случае не произошло. Кроме того, суды сослались на невозможность установить стоимость активов должника на отчетную дату.
По мнению заявителя, суды ошибочно распространили правило о выплате процентов на случаи, когда мировое соглашение утверждено не в той процедуре банкротства, за которую начисляются проценты.
Решение Суда
Верховный Суд РФ отметил, что арбитражный упарвляющий своевременно обратился в арбитражный суд за установлением размера вознаграждения, представив варианты его расчета, основанные на балансовой стоимости активов должника. Мировое соглашение заключено после процедуры наблюдения. Участие в заключении мирового соглашения арбитражный управляющий не принимал и не мог влиять на его условия. Следовательно, отсутствие в мировом соглашении условия о выплате процентного вознаграждения не может являться основанием для полного отказа временному управляющему в удовлетворении его требований.
Дело отправлено на новое рассмотрение.

4. Включение должника в реестр недобросовестных поставщиков ФАС России

Отказ от исполнения контракта арбитражным управляющим в процедуре банкротства не может являться основанием для включения в реестр недобросовестных поставщиков.
(Определение ВС РФ от13 августа 2019 г. № 305-ЭС19-4541)
Обстоятельства дела:
Обстоятельства дела Общество подало заявление о признании незаконным решения о включении сведений в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) в связи с односторонним отказом заказчика от исполнения контракта. Общество признано несостоятельным (банкротом) и в отношении должника открыто конкурсное производство.
В связи с признанием несостоятельным (банкротом) общество прекратило исполнять обязательства по государственному контракту.
Неисполнение обязательств по контракту послужило основанием для принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта и направления в антимонопольный орган обращения о включении сведений в отношении общества в реестр недобросовестных поставщиков.
Сведения, представленные в отношении общества, включены в реестр недобросовестных поставщиков.
Заявитель полагает, что у антимонопольного органа не имелось правовых оснований для вывода о соблюдении заказчиком порядка одностороннего отказа от исполнения уже расторгнутого контракта и включения в реестр недобросовестных поставщиков сведений об обществе, в действиях которого отсутствует недобросовестность.
Решение Суда
Отказ конкурсного управляющего от исполнения контракта не относится к основаниям для включения сведений в отношении должника в реестр недобросовестных поставщиков, предусмотренным ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе.
В связи с неправильным применением норм материального и процессуального права суды не устанавливали обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора и, соответственно, не давали правовую оценку представленным по спору доказательствам и доводам заявителя в подтверждение отсутствия оснований для принятия решения о включении в реестр недобросовестных поставщиков сведений в отношении общества, конкурсный управляющий которого обоснованно отказался от исполнения договора.

IV.  Мировое соглашение в делах о банкротстве

В случае утверждения нового мирового соглашения собранием кредиторов суд при рассмотрении заявления об утверждении предыдущего мирового соглашения отказывает в его утверждении.
(Определение ВС РФ от 22 августа 2019 г. по делу № 305-ЭС16-20931(19))
Обстоятельства дела:
В рамках дела о банкротстве утверждено мировое соглашение, производство по делу о банкротстве прекращено.
В кассационной инстанции определение об утверждении мирового соглашения отменено, в утверждении мирового соглашения отказано, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение. Должник обратился в Верховный Суд РФ с жалобой на постановление кассационной инстанции.
На собрании кредиторов должника большинством голосов (61,5%) принято решение о заключении мирового соглашения.
Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в утверждении мирового соглашения, суд округа исходил из экономической нецелесообразности и неисполнимости условий соглашения ввиду длительных сроков погашения задолженности перед кредиторами должника (отсрочка выплаты долга на три года и дальнейшая рассрочка на восемь лет). Доводы о возможности восстановления платежеспособности за этот период признаны судом неподтвержденными и носящими предположительный характер.
Между тем после отмены судом округа определения об утверждении спорного мирового соглашения и возобновления производства по делу о банкротстве состоялось очередное собрание кредиторов по аналогичному вопросу, в результате которого принято решение о заключении мирового соглашения на иных (более выгодных для кредиторов) условиях. Вопрос об утверждении данного соглашения находится на рассмотрении суда.
Действующее законодательство допускает изменение (дополнение) кредиторами ранее достигнутых ими договоренностей по соглашению, если кредиторы придут к выводу, что другие условия наиболее полно учитывают их законные интересы и обеспечивают максимальное удовлетворение требований.
Решение Суда
Приняв решение о заключении нового мирового соглашения в деле о банкротстве должника на иных условиях, собрание кредиторов тем самым выразило волю на изменение его содержания, одновременно отказавшись от ранее достигнутых договоренностей в прежнем соглашении.
В такой ситуации разрешение судом вопроса об утверждении спорного мирового соглашения нарушает исключительную компетенцию собрания кредиторов должника и противоречит природе данного института права.
Судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда округа с отказом в утверждении мирового соглашения.

V. Вопросы, связанные с включением требований в реестр кредиторов должника

При определении реальности сделки по передаче аванса по предварительному договору суды не должны исследовать вопрос о наличии или отсутствии денежных средств на покупку недвижимого имущества в будущем по основному договору купли-продажи.
(Определение ВС РФ от 15 августа 2019 г. по делу № 305-ЭС18-19688(2))
Обстоятельства дела:
В рамках дела о банкротстве должника А.В. Борисенко обратился в арбитражный суд с заявлением о включении своего требования в размере 8 042 000 руб. в реестр требований кредиторов должника. В удовлетворении заявления было отказано.
Г.В. Быковский (продавец) и А.В. Борисенко (покупатель) заключили предварительный договор о подготовке и заключении в последующем договора купли-продажи жилого дома с земельным участком.
По предварительному договору стоимость дома и земельных участков — 5 600 000 долларов США. Стороны согласовали, что в течение 10 рабочих дней со дня подписания договора покупатель обязуется уплатить продавцу сумму в рублях, эквивалентную 100 000 долларов США по курсу Банка России на день оплаты.
Борисенко представил в материалы дела расписку, в которой указано на получение Быковским денежных средств в сумме 4 021 000 руб., что эквивалентно 100 000 долларов США.
Впоследствии основной договор заключен не был. Борисенко в рамках дела о банкротстве Быковского обратился с заявлением о включении в реестр денежного требования в двойном размере от переданной продавцу суммы.
Суд первой инстанции сослался на проведенную по делу судебную экспертизу, по результатам которой эксперт сделал выводы, что дата, указанная в расписке, не соответствует дате изготовления документа, в связи с чем расписка не может быть достаточным доказательством, подтверждающим передачу денежных средств.
Кроме того, суды учли, что согласно справке о доходах за 2012—2014 годы совокупная сумма дохода Борисенко составила 21 796 475,83 руб. Из этого суды сделали вывод, что Борисенко не имел достаточных денежных средств на приобретение недвижимого имущества по цене 5 600 000 долларов США, что, в свою очередь, фактически свидетельствует об отсутствии реального характера отношений по купле-продаже между сторонами.
Решение Суда
Верховный Суд РФ указал, сделав вывод об отсутствии у заявителя источника средств для оплаты договора купли-продажи в целом, суды фактически подменили предмет доказывания по спору, обязав кредитора доказывать наличие у него 5,6 млн долларов США вместо 100 тысяч долларов США.
Однако обстоятельства наличия или отсутствия у Борисенко средств для исполнения основного договора (который в итоге не был заключен сторонами) не имели правового значения для правильного разрешения спора. Подлежащим выяснению обстоятельством был факт передачи или непередачи должнику именно 100 000 долларов США.
Вместо этого суды ограничились лишь ссылкой на экспертное заключение, по результатам которого эксперт пришел к выводу как о невозможности определения давности исследуемого документа, так и о несоответствии даты подписания документа дню его составления. Вместе с тем такие выводы сами по себе с учетом иных представленных кредитором доказательств не исключали передачи денежных средств должнику.

Дата
Отправить заявку
E-mail*
ФИО
Контактная информация (телефон, Skype, другие способы связи)
Вопрос*

* - Поля отмеченные звездочкой, обязательны для заполнения
О статусе Вашей заявки можно узнать, позвонив по телефону
+7 495 737-53-53, добавочный 5100